Независимо от наших взглядов к сходным выводам о периодических ритмических сменах в плейстоцене и голоцене циклов увлажнения и растущей аридизации местности с накоплением карбонатов кальция и легкорастворимых солей для юго-запада Русской равнины пришел О. П. Добродеев (1970, 1973). Его описания разреза и обнажения у с. Новая Этулия убедительно показали наличие в обнажении 10—11 погребенных почвенных (различимых) горизонтов, разделенных 10—11 лёссовыми прослоями. Каждая почва имеет гумусовый горизонт, обогащена углекислым кальцием, часто в форме конкреций. Такие конкреции, как и легкорастворимые соли, могли накопиться только при наличии неглубоких в то время грунтовых вод, которые обусловливали образование темно-цветных луговых почв. Вторая часть каждого такого ритма почвообразования (по Добродееву) сопровождалась аридизацией и остепнением черноземовидных почв и затем погребением эоловым лёссом.

Вероятно, эоловая аккумуляция действительно имела место (есть признаки пеплопадов пирокластического материала). Однако в основном: погребение почв в каждом цикле было обязано новому обводнению, новому циклу водной седиментации, который, замирая, давал начало новому циклу лугового гидроморфного почвообразования, с новым этапом аккумуляции гумуса, карбонатов кальция, легкорастворимых солей в ходе последующей аридизации. Как показывают аналитические данные* О. П. Добродеева, внутри каждого основного цикла было по 3—5 осцилляций, что зафиксировано 2—5 максимумами скоплений извести, остаточной солонцеватостыо и засоленностью (например, ППЗ имеет три максимума СаСОз, ПП4 — три максимума извести и два щелочности, ПП5-9 имеет четыре максимума СаСОз и четыре максимума pH и т. д.). Если суммировать это, то насчитывается не 10—11 ритмов седиментации и почвообразования, а по крайней мере 30—40, если не больше. И это неудивительно, если учесть, что время, ушедшее на эти процессы, измеряется для верхних толщ 15—25 тыс. лет, а для всей толщи, может быть,— и 100 тыс. лет.